ruenfrde
Скрыть оглавление

Козырева М.Г. Л.Н. Гумилёв и семья Рерихов

Публикуется по изданию:

Рериховское наследие, т.VI. СПб. 2008.

Эл. ресурс: Научно-популярный журнал СПбГУ № 12 (3854) 2 октября 2012 Юбилейная дата

Ссылка на статью: http://journal.spbu.ru/?p=8465

 

 

Лев Николаевич Гумилёв (1912-1992)В Мемориальном музее-квартире Льва Николаевича Гумилёва сохранились свидетельства знакомства учёного с братьями Юрием Николаевичем и Святославом Николаевичем Рерихами.

Это знакомство произошло в конце 1950-х годов, после освобождения Л.Н. Гумилёва из лагеря. Он вернулся в Ленинград в мае 1956 года. Примерно тогда же Юрий Николаевич Рерих, после многолетних попыток, получил, наконец, разрешение вернуться на Родину. Летом 1957 года он приехал в СССР и поселился в Москве. Какое-то время и Гумилёву, и Рериху надо было обустраивать свою жизнь. Льву Николаевичу не сразу удалось прописаться в Ленинграде, а потому его никуда не принимали на работу. Лишь в конце 1956 года тогдашний директор Эрмитажа Михаил Илларионович Артамонов взял его на временную работу в научную библиотеку на ставку, как шутил Гумилев, «беременных и больных». Тем самым Артамонов дал ему возможность заниматься доработкой и оформлением двух первых монографий («Хунну» и «Древние тюрки»), которые были вчерне написаны ещё в лагере. Кроме того, М.И. Артамонов поручил ему научное редактирование своего самого главного труда – «История хазар». Гумилёв напряжённо работал, стараясь наверстать потерянное им не по своей вине время. Знакомился он и с новейшей литературой по интересующей его тематике, и ему, конечно, уже были известны труды Юрия Николаевича Рериха по «кочевниковедению».

Личное знакомство двух учёных состоялось в октябре 1958 года, когда Гумилёв приехал в Москву по делам и посетил Рериха. Юрий Николаевич произвёл на Гумилёва очень сильное впечатление, и возможно, что их знакомство стало бы более близким, если бы не внезапная смерть Ю.Н. Рериха 21 мая 1960 года.

В архиве Льва Николаевича сохранились письма известного учёного, одного из основателей евразийства – Петра Николаевича Савицкого (1895–1968), который жил тогда в Праге. В этих письмах неоднократно встречается имя Ю.Н. Рериха.

Переписка эта началась в 1956 году, когда Гумилёв, вернувшись из заключения, получил, наконец, возможность заниматься наукой. Адрес Савицкого дал ему историк Матвей Александрович Гуковский (1898–1971), сидевший в Мордовском лагере вместе с Савицким. Гумилёва и Савицкого объединяло многое, в частности, глубокий интерес к истории кочевых народов. В этих письмах (фотокопии части писем Гумилёва прислал несколько лет тому назад сын П.Н. Савицкого – Иван Петрович) они обсуждали работы друг друга и работы других учёных в интересующей их области.

В первый раз имя Ю.Н. Рериха было упомянуто в письме П.Н. Савицкого от 14 октября 1958 года. Он писал Л.Н. Гумилёву: «…Было бы интересно проследить роль и место яка в “зверином стиле” евразийского мира. “Звериным стилем” Тибета занимался Юрий Николаевич Рерих, сын художника (Николая Константиновича Рериха – Ред.). Вместе с отцом он долго жил в Тибете. В 1930-х годах здешний “Семинарий им. Кондакова” роскошно издал его работу по этим вопросам…».

В письмах Гумилёва имя Рериха впервые упоминается 8 ноября 1958 года: «…привезённые Ю.Н. Рерихом зарисовки очень прояснили вопрос. Оказывается, боннские “Знаки Гэсера” на скалах в Амдо в точности воспроизводят наскальные писаницы в Саяно-Алтае».

Позднее, 26 декабря 1958 года Савицкий, узнав о возвращении Рериха на Родину, пишет Гумилёву: «…Я очень рад, что Ю.Н. Рерих сейчас в Советском Союзе. Если это будет удобно, передайте ему и мой привет (как работник Семинария им. Кондакова, я участвовал в своё время и в издании его работы здесь)…»

21 января 1959 года Лев Николаевич сообщает П.Н. Савицкому: «…Могу Вас порадовать ещё одним: интерес к кочевниковеденью оживился. Географическое Общество провело дискуссию по вопросам кочевого быта. Были очень интересные доклады, и особенно много людей пришло слушать Юрия Николаевича Рериха, читавшего доклад о кочевниках Тибета. Мы узнали, что есть “чёрный Тибет” без буддийских монастырей и индийских трактатов, с древним эпосом – Гэсериадой – и стойким кочевым бытом, подлинноевразийским, а не азиатским. Поле наших исследований расширяется…».

22 ноября 1959 года Лев Николаевич благодарит Савицкого за присланную книгу и упоминает отца Юрия Николаевича, художника Николая Константиновича Рериха: «На днях я её [книгу. – М.К.] проштудирую, но сейчас все мои помыслы прикованы к хуннам, снова прорвавшимися на свет. Они выходят! Тьфу, чтоб не сглазить. Уже прибыл издательский договор и текст, отредактированный в издательстве. Я, как сумасшедший, выверяю правку. На обложке будет картина Н.К. Рериха “Сторожевой огонь”. Очень подходит!». Книга Л.Н. Гумилёва «Хунну» вышла из печати в 1960 году, и в оформлении обложки действительно был использован фрагмент картины Н.К. Рериха «Цветы Тимура. Огни победы» (1931).

В нескольких письмах Савицкий просит Гумилёва прислать ему адрес Юрия Николаевича, например, в письме от 24 февраля 1959 года: «…Сейчас же у меня к Вам просьба: пожалуйста, сообщите мне адрес Юрия Николаевича Рериха. Георгий Владимирович [Вернадский], его знающий, хочет послать ему свой “Ориджинс”…». В ответ Лев Николаевич пишет Савицкому 27 февраля 1959 года: «…Адреса Юрия Николаевича у меня нет, но очень скоро я с ним увижусь. Тогда немедленно напишу Вам…». А спустя несколько месяцев, 6 октября того же года, он сообщает: «…В Москве я повидал Юрия Николаевича и, наконец, узнал его адрес: Москва, Ленинский проспект, 62/1, кв. 35. Он был рад услышать про Вас и обещал Вам написать. Раньше я не мог его увидеть, ибо он был сначала в отпуске, а потом в Монголии. Он замечательный учёный, с исключительно живым умом и потрясающе интересными мыслями…».

Можно предположить, что после личного знакомства отношения Гумилёва и Ю.Н. Рериха стали достаточно неформальными, и Лев Николаевич обращался к Рериху за советами, обсуждал с ним свои работы и посылал их ему в Москву на отзыв. В письме от 16 апреля 1960 года Гумилёв пишет Савицкому: «…Я послал мои работы Юрию Николаевичу, и он передал мне, что доволен ими. Одну статью он представил в печать, а книгу о тюрках обещал дочитать и сделать ряд замечаний». (В это время Гумилёв готовился к защите докторской диссертации и к публикации своей второй книги «Древние тюрки», также начатой им в лагере.)

Цитируемое письмо было написано практически за месяц до внезапной и неожиданной кончины Ю.Н. Рериха, которая последовала 21 мая 1960 года. Реакция Гумилёва отражена в его письме от 8 июня 1960 года: «…Смерть Юрия Николаевича поразила меня, так как это была страшная неожиданность. Говорят, он был весел и оживлён, много и плодотворно работал. Так как он жил в Москве, я его почти не знал, но он давал моим работам прекрасные отзывы. За несколько дней до его смерти он мне порекомендовал дополнительную литературу по “Древним тюркам” и предложил сам, после использования этих сочинений, представить мою книгу в печать».

7 августа 1960 года П.Н. Савицкий пересылает Льву Николаевичу в своём письме письмо Г.В. Вернадского. Он неоднократно делал так и раньше. (Вернадский хорошо знал обстановку в Советском Союзе и понимал, что письма из Америки могут доставить неприятности Гумилёву). В своём письме Вернадский писал: «…у меня здесь нет под рукой небольшой, но ценной статьи об эпосе кочевников покойного Юрия Николаевича Рериха», – а потому он не мог её прислать, но приводил на неё точную ссылку.

После смерти Юрия Николаевича знакомство Гумилёва с другими членами семьи Рерихов продолжилось. В том же 1960 году брат Юрия Николаевича, художник Святослав Николаевич Рерих (1904–1993) приезжает в Россию со своими картинами, выставки которых состоялись в Москве и Ленинграде. 6 августа Лев Николаевич пишет Савицкому: «…Работа над “Тюрками” хотя и медленно, но подвигается. Переделана уже половина текста, ибо то, что я писал раньше, меня не удовлетворяет совсем, а как я писал – приводит меня в трепет и кажется очень несовершенным. Но после переделки получается, как мне кажется, лучше чем “Хунну”. Покойный Юрий Николаевич успел просмотреть часть рукописи и очень одобрял.

У нас с огромным успехом прошла выставка Святослава Николаевича Рериха.

Он сам был, кажется, очень рад побывать на родине, а жена его, индуска, очаровала всех, как дам, так и сильный пол. Они уезжали очень довольные…»

Видимо, со Святославом Николаевичем у Гумилёва тоже состоялось личное знакомство, и завязались контакты. В его архиве сохранились два письма и две поздравительных открытки к Новому году от самого художника и от его «очаровательной жены-индуски» Девики Рани (на английском языке).

 

 

1. Д.Р. Рерих – Л.Н. Гумилёву. 12 января 1961 г.

Дорогой г-н Гумилёв!

Мы были просто счастливы получить Вашу телеграмму и шлём Вам и всем нашим друзьям, и Ирине Сергеевне и Тане наши самые лучшие пожелания счастливого Нового года.

Пожалуйста, пишите нам и сообщайте все ваши новости и также дайте нам знать, когда будут готовы открытки (репродукции картин моего мужа).

Надеемся, что это письмо найдёт Вас в добром здравии и ещё раз большое спасибо за Ваши добрые мысли.

Примите наши самые тёплые пожелания счастливого Нового года,

искренне Ваша

                Девика Рани Рерих.

 

2. Д.Р. Рерих – Л.Н. Гумилёву. 13 августа 1962 г.

Дорогой наш друг!

Это короткое письмо я написала только для того, чтобы спросить Вас, получили ли Вы «Биографию Дхармасвамина» (Жизнь Чаглотсаба) д-ра Юрия Рериха, которую мы послали Вам заказной бандеролью авиапочтой? Эта книга очень важна, потому что это одна из последних публикаций д-ра Рериха, изданная в Индии. Это очень важная публикация и, поскольку иногда вещи на почте теряются, я хотела бы узнать, дошла ли до Вас книга или нет. Пожалуйста, напишите, хотя бы несколько строк, чтобы мы знали.

С самыми сердечными пожеланиями Вам и всем нашим друзьям в Музее Эрмитаж,

искренне Ваша

           Девика Рани Рерих.

 

P.S. Я пошлю Вам сегодня по авиапочте заказной бандеролью книгу, озаглавленную «Дружба великих народов» К.П.С. Менона, нашего последнего посла в СССР. В этой книге есть две речи Менона:

1) на стр. 71 – на открытии выставки картин моего мужа в Москве;

2) на стр. 73 – речь на похоронах Юрия Николаевича Рериха.

Вам интересно будет иметь эту книгу.

 

 

Книга Ю.Н. Рериха, о которой спрашивает Девика Рани, благополучно дошла до адресата и сохранилась в его библиотеке. Интересно, что хранилась она вместе с оттисками работ самого Льва Николаевича, а не на полке с соответствующей тематикой. На форзаце книги имеется дарственная надпись:

«Дорогому Льву Николаевичу Гумилёву на добрую память. С. Рерих. 14.7.62. Бангалор».

 

Как уже упоминалось, в архиве Гумилёва сохранились и две новогодние поздравительные открытки с печатным текстом (так называемые «Season Greetings»), в которых имеются также приписки от руки и подписи Святослава Рериха и его жены.

Интересно, что имя Ю.Н. Рериха встретилось ещё в двух других письмах, хранящихся в архиве Л.Н. Гумилёва. Приведём их здесь полностью.

 

Н.И. Харджиев – Л.Н. Гумилёву. 3 октября 1959 г.

Многоуважаемый Лев Николаевич!

Ваша статья о Тибете мною получена своевременно, прочитана, признана интересной; была направлена к Александру Андреевичу Губеру, который также нашёл, что её печатать следует. Теперь она будет направлена на рецензию к Ю.Н. Рериху.

Редакция «Восточного издательства мировой культуры» уже направила назад статью, но не созвонилась с Вами и просила меня сообщить им Ваш адрес, что я и сделал.

С самым добрым приветом,

Ваш Н. Харджиев.

 

 

И.С. Кацнельсон – Л.Н. Гумилёву. Москва. 12 апреля 1960 г.

Дорогой Лев Николаевич,

Как и обещал, по приезде тотчас отправился к главному редактору [О.С.] Бёму и там учинил небольшой скандал. Кроме того, говорил с О.К. Дрейером и Ю.Э. Брегелем. Последний обещал тотчас выслать договор без всяких справок, которые Вас прежде просили представить. Надеюсь, что Вы и С.И. Руденко смените гнев на милость и возьмётесь за работу. За точностью выполнения обещания Ю.Э. Брегеля я прослежу.

Относительно «Отблесков Востока» пока ничего не могу сообщить, так как не видел Наталию Борисовну. Постараюсь встретиться с ней в ближайшие дни. Дело в том, что у меня сейчас бездна всяких дел.

Вчера беседовал о Вас с Юрием Николаевичем Рерихом. Во-первых, он возьмёт Вашу работу о буддийской иконографии в следующий «дальневосточный» выпуск «Кратких сообщений». Во-вторых, он согласился через некоторое время, когда решится вопрос о переходе его группы в наш Отдел, обратиться в дирекцию с ходатайством о зачислении Вас в наш Институт. О поддержке и он, и я будем просить Василия Васильевича, который со свойственной ему обычной добротой и отзывчивостью, конечно, не откажет. Пока об этом не следует распространяться – завистники всегда найдутся. Кроме того, до реорганизации, при академических темпах, пройдёт не одна неделя.

В мае, вероятно, опять попаду в Ленинград и надеюсь Вас тогда повидать. Кстати, попробую тогда обратиться к Василию Васильевичу по Вашим делам. Если судьба приведёт Вас до этого в Москву – прошу не забывать.

Всего наилучшего,

И. Кацнельсон.

 

Из этого письма выясняется одно очень важное обстоятельство: Юрий Николаевич Рерих хотел, чтобы Лев Николаевич Гумилёв перешёл работать к нему в Институт востоковедения в Москву.

Интересно, как бы сложилась судьба Л.Н. Гумилёва, если бы Ю.Н. Рерих не ушёл из жизни так внезапно?

 

 

 

Начало страницы