Публикуется по изданию:
С.Н. Рерих. Амрита Шер-Гил. Декабрь 1968 // Врата в высшую жизнь: сб. ст. Перевод с англ., сост. Н.Г. Михайлова, И.И. Нейч. Коммент. и примеч. И.И. Нейч. М.: МЦР, 2009. С. 167–168.
Амрита Шер-Гил была художником многообещающим, примером редкого цветения щедрого и яркого таланта. Останься она жива, мы могли бы воспринять через неё новый и весьма индивидуальный опыт раскрытия Прекрасного. Она обладала силой, умом, широтой подхода и кругозора – всеми теми качествами, которые столь важны в формировании новой, мощной идеи.
Теперь бесполезно гадать, как всё могло бы сложиться, будь она жива. Возможно, сила её горения была вызвана неким нагнетением импульсов за короткий промежуток в несколько лет, насыщенных событиями. Возможно, это было её миссией. Она заново открывала и описывала красоту сцен из жизни индийской деревни, характерные, яркие типы севера и юга и при этом постоянно искала новые, более экспрессивные формы и способы выражения.
Моё знакомство с нею было коротким. Я познакомился с ней в Лахоре незадолго до её ухода из жизни, и мы договорились встретиться снова после моего возвращения с юга, куда я в то время направлялся. Она хотела, чтобы я позировал ей для портрета. Больше мы уже не виделись.
Она рассказывала мне о своих разочарованиях, своей неудовлетворенности. О неудовлетворенности яркого, живого ума, не желающего мириться с серостью определённых слоев общества; о разочаровании в окружающей обстановке и взглядах людей. - О том, что, должно быть, её тогда беспокоило. Я говорил ей, что её искусство – это единственное, что имеет значение, что не стоит тревожиться по поводу неких разочарований, не нужно отнимать этим время от своей работы. Ведь её искусство, её творческое выражение было превыше всех других соображений, оно было надёжным убежищем поверх всех мелких зол жизни.
Она оставила нам свой уникальный дар – свои картины. Свой собственный драгоценный опыт самовыражения, волнующий и прекрасный. Эти картины являют нам раскрытие её собственной яркой личности в её открытии Индии – такой, какой она предстала взору художницы после пребывания за границей. Движимая необъяснимыми, нахлынувшими на неё силами собственных накоплений, всколыхнувшихся в глубине её души, она всегда стремилась преломить эти впечатления через призму своего личного опыта.
Несомненно, её работы, отмеченные печатью её личности, печатью вдумчивого, сочувственного подхода и понимания, являются большим вкладом в нашу культурную жизнь.
Декабрь 1968 г.
